Искусство Финляндии

М. Безрукова (живопись и графика); И. Цагарелли (скульптура); О. Швидковский С. Хан-Магомедов (архитектура)

Формирование финской национальной школы в изобразительном искусстве восходит к первой половине 19 столетия. В 1809 г. по Фридрихсгамскому миру Финляндия вошла в качестве Великого княжества в состав Российской империи, и страна, около 600 лет бывшая шведской провинцией, получила относительную самостоятельность. До этого искусство Финляндии было подвержено шведским, а через Швецию и датским влияниям. Народные традиции сохранились лишь в сказаниях эпоса «Калевала», в коврах ручного ткачества-«рюйю»-ив резьбе по дереву. Эти живые традиции и послужили основой для подъема национального самосознания в первой половине 19 в., чему способствовала деятельность историка и филолога X. Г. Портана, писателя Рунеберга, собирателя рун «Калевалы» Лённрота. В эти годы появляется и ряд художников, ставящих себе целью создание национальной школы в живописи и скульптуре. Большая роль в ее формировании принадлежит возникшему в 1846 г. Финскому художественному обществу, руководимому Робертом Экманом (1808 -1873). Он был автором написанных с документальной точностью жанровых картин, и финские историки называют его «отцом финского искусства». Творчество Экмана способствовало приближению искусства к народной жизни. В пейзажной живописи Вернер Холмберг (1830-1860) прокладывает пути для создания национального пейзажа. Однако подлинный подъем финской живописи падает на 1880-1890-е гг. и связан с именами А. Галлен-Каллела, А. Эдельфельта, Э. Ярнефельта и П. Халонена. Искусство этих живописцев вошло в золотой фонд финской художественной культуры и представляет собой наиболее ценную часть ее вклада в мировое искусство.

Альберт Эдельфельт (1854-1905) был первым финским художником, достигшим мировой известности. Его творчество занимает важное место в истории развития финской живописи. Эдельфельт, швед по происхождению, учился сначала в Хельсинки, затем в Антверпенской Академии художеств и закончил свое образование в Париже у Ж. Л. Жерома. С именем Эдельфельта связывают зарождение импрессионизма в Финляндии.

Эдельфельт начинает как исторический живописец («Шведский король Карл оскорбляет труп своего врага штатгальтера Флемминга в 1537 г.», 1878; Хельсинки, Атенеум), но подлинный расцвет его творчества обусловлен обращением к темам из жизни народа. Лучшими полотнами художника являются «Бабы из Руоколахти» (1887), «Рыбаки с дальних островов» (1898; оба - Хельсинки, Атенеум, «Сказительница Параске» (1893; немецкое частное собрание), отличающиеся национальной тематикой и яркостью живописного языка. В «Бабах из Руоколахти» художник воссоздает сцену из народной жизни- четыре крестьянки в национальных костюмах беседуют возле церковной ограды. Постоянное стремление к более тонкой передаче световоздушной среды, к созданию целостного колористического звучания картины, выразительность живописной формы, свободное движение кисти - характерные черты манеры Эдельфельта-живописца.

Эдельфельт был выдающимся портретистом, оставившим нам галлерею современников; к числу лучших портретов относятся «Портрет Л. Пастера» (1885), «Портрет певицы А. Акте» (1901), «Портрет матери» (1883; все - Хельсинки, Атенеум). Одной из последних работ Эдельфельта была монументальная роспись «Торжество открытия университета в Або» (1904) для актового зала университета в Хельсинки.

Ээро Ярнефельт (1863-1937) вошел в историю финской живописи как певец жизни финского крестьянина, проникновенный пейзажист и превосходный портретист. Учился он в школе рисования Общества художников в Хельсинки, затем в Петербургской Академии и в Париже. Свои лучшие произведения он создал в 1880-1890-е гг.: «Прачки на берегу» (1889; Хельсинки, частное собрание), «Возвращение из леса с ягодами» (1888; Хямеенлинна, Музей искусств), «Подневольный труд» (1893; Хельсинки, Атенеум). Все они были написаны на основе непосредственных впечатлений. Так, картина «Подневольный труд» рассказывает о непосильной работе крестьян, выкорчевывающих и выжигающих пни. С немым укором смотрит на зрителя девочка-подросток с лицом, покрытым копотью. Ярнефельт создал острохарактерные портреты ряда общественных деятелей Финляндии («Портрет профессора Даниелсона-Калмара», 1896; Хельсинки, частное собрание).

Демократический характер носит и искусство Пеки Халонена (1865-1933), учившегося сначала в Хельсинки, затем в Париже и Италии. Блестяще владея живописной техникой работы на пленэре, Халонен все свое умение приложил к изображению своего народа и родной природы. Так, его «Сплавщики леса у костра» (1893; Хельсинки, Атенеум) пронизаны теплым чувством к суровой природе и бедным людям Финляндии. Обыденные сюжеты Халонен решает в монументально-эпическом плане, и в то же время в пейзажах он раскрывается как тонкий поэт: тихая заводь залива, карельские домики, бурное шествие северной весны - все здесь пронизано лирическим чувством. Несмотря на то, что Ярнефельт и Халонен умерли в 30-х гг., лучшие работы их были созданы в 1890-е гг., и искусство этих живописцев развивалось еще целиком в традициях 19 столетия.

В отличие от них в творчестве самого крупного финского художника, Акселя Галлен-Каллела (1865-1931), нашли отражение те противоречия, которые были характерны для искусства конца 19-начала 20 в. В 1900-е гг. Галлен-Каллела стал одним из ведущих художников формирующегося стиля модерн, и лишь постепенно, в последние два десятилетия жизни он преодолел модернизм и вернулся к реалистической живописи.

В ранний период творчества на молодого художника большое влияние оказал Бастьен-Лепаж. Уже работы второй половины 1880-х гг. свидетельствуют о зрелости и мастерстве таланта художника. Картина «Первый урок» (1889; Хельсинки, Атенеум), изображающая деревенскую избу, в которой старый рыбак слушает читающую девочку, отмечена чертами подлинного реализма. Много путешествуя по стране с целью более глубокого изучения жизни народа, Галлен-Каллела пишет пейзажи и жанровые картины («Пастух из Панаярви», 1892; Хельсинки, частное собрание). В 1890-е гг. расширяется круг тем Галлена, он обращается к карелофинскому национальному эпосу «Калевала» и создает ряд работ на темы эпоса (триптих «Легенда об Айно», 1891, Хельсинки, Атенеум; «Похищение Сампо», 1896, Турку, Музей искусств; «Мать Лемминкяйнена», 1897, Хельсинки, Атенеум, «Месть Ёукахайнена», 1903, офорт). Все больше увлекаясь фантастикой и героикой «Калевалы», Галлен начинает поиски новых стилевых приемов для выражения рациональной специфики, однако эти поиски приводят его к модернистской стилизации, характерной для искусства начала 20 в. Постепенно в его творчестве снижается интерес к большой теме народной жизни. Сочетанием мистики и натурализма отмечены его фрески в надгробной капелле Юселиусу в Пори (1901-1903). Есть черты модернизма и в росписях финского павильона на Всемирной выставке в Париже в 1900 г. На протяжении большого творческого пути Галлен создал много пейзажей, портретов, работал как иллюстратор (иллюстрации к роману «Семь братьев» Алексиса Киви); не все в его наследии может быть принято безоговорочно, но в его лучших произведениях разных лет, созданных до периода увлечения модернизмом и в 20-е гг., мы находим подлинную реалистическую мощь, глубокую народность, дающие право считать Галлен-Каллела большим национальным художником, принесшим славу своей стране; недаром его так высоко ценил М. Горький, ведший с ним многолетнюю переписку.

Талантливой художницей была и Хелена Шерфбек (1862-1946), получившая художественное образование в Петербурге. Ее картина «Выздоравливающий ребенок» (1888; Хельсинки, Атенеум) принадлежит к лучшим достижениям реалистической финской живописи. Но с распространением в конце 19 в. модернизма в Финляндии Шерфбек, как и многие ее коллеги, уходит от реализма. Противоречиво было и творчество Юхо Симберга (1873-1917), отмеченное чертами мистики и символизма. Влияние модернизма наложило свою печать и на творчество художника очень демократичного по своему складу - Юхо Риссанена (1879-1950).

В начале нового века в искусстве Финляндии усиливаются формалистические тенденции. Начинается отход от реалистических национальных традиций, отступление от задач демократического искусства. В 1912 г. возникает группа «Септем», идейным главой которой был Магнус Энкел (1870-1925); в нее входили В. Томэ, М. Ойнонен и другие. В 1916 г. во главе с Тюкко Саллиненом (1879-1955) была создана другая крупная группировка - «Ноябрь». Художники, входившие в эти группировки, в ущерб содержательности искусства увлекались проблемами света и цвета («Септем») или стремились к искаженному, деформированному изображению действительности («Ноябрь»), Одной из наиболее значительных группировок последнего времени является группа «Призма», возникшая в 1956 г. и объединяющая художников, работающих в самых различных манерах. Сюда входят Зигрид Шауман (р. 1877), Рагнар Эклунд (1892-1960)-представители старшего поколения живописцев, а также Сам Ванни (р. 1908), работающий по преимуществу в абстрактной манере, и другие.

С конца 50-х гг. абстракционизм захватывает все большие круги финских художников. Но наряду с этим ряд художников-живописцев, таких, как Леннарт Сегерстроде (р. 1892), Свен Грёнвалл (р. 1908), Эва Седерстрём (р. 1909), Ээро Нелимаркка (р. 1891) и другие, продолжают работать в реалистических традициях.

Значительное место в искусстве Финляндии занимает графика, расцвет которой в 19 столетии был связан с именами Галлен-Каллела, А. Эдельфельта, Ю. Симберга. В наши дни продолжателями лучших демократических традиций в графическом искусстве Финляндии являются Эркки Тантту (р. 1917), Леннарт Сегерстроле, Вилхо Аскола (р. 1906) и другие мастера. Несмотря на различие творческих манер и жанров, в которых они работают, их объединяет стремление показать конкретную жизнь сегодняшней Финляндии, любовь к простому человеку. Л. Сегерстроле, представитель старшего поколения графиков, свои листы «Охотники за тюленями» (1938), «После бури» (1938, сухая игла) посвящает теме труда, они пронизаны сочувствием к простому человеку-труженику. Красоту труда воспевает в своих гравюрах «Лес везут» (1954), «Сплавщики» (1955) и др. Э. Тантту. Его листы отличаются монументальной трактовкой образа человека и поэтичностью изображения родной природы. Красоту и суровость финского пейзажа передает в своих графических работах «Зимнее утро» (1956), «Озеро в Лаппи-Эби» (1958) В. Аскола.

Замечательным мастером книжной иллюстрации является Тапио Тапиоваара (р. 1908), автор графических листов на остросоциальные темы («События в Кеми в 1949 г.», 1950).

Значительное место в художественной жизни Финляндии занимает получившая широкое развитие скульптура. Первыми учителями финских скульпторов были шведские мастера. Основоположником финской скульптуры считается Карл Энеас Шёстранд (1828-1906), приехавший в 1856 г. в тогдашнюю столицу Финляндии - Турку. Он был приглашен для создания памятника X. Г. Портану, крупнейшему собирателю финского эпоса; этот памятник и по сей день пользуется заслуженным признанием. Тогда же он начинает интересоваться эпосом «Калевала» и исполняет ряд произведений на темы эпоса («Куллерво заговаривает свою саблю», 1867; Хельсинки, парк Геспериа). Шёстранд известен не только как художник, но прежде всего как мастер, организовавший свою школу. Реалистические традиции этой школы можно проследить до начала 20 столетия.

Среди его учеников были такие известные финские скульпторы, как Вальтер Руненберг (1836-1920) и Иоханнес Такканен (1849-1885). Эти мастера были представителями двух линий развития финской скульптуры. Начав художественное образование у Шёстранда, они продолжили его в Копенгагене и Риме, Но по-разному сложились их судьбы. Для сына известного финского поэта, близкого к правящим шведским кругам, Вальтера Руненберга путь в искусство был простым и легким. И на родине и в Париже, где он обосновался с середины 1870-х гг., его классицистические портреты и памятники, полные внешней патетики и идеализации, пользовались успехом («Психея с орлом Юпитера», 1875, мрамор, Хельсинки. Атенеум аллегорическая скульптура «Печальная Финляндия», 1883, бронза). Но, несмотря на успех и официальные заказы, этот мастер-классицист ничего не дал своего для развития финской национальной скульптуры - он лишь ввел ее в русло римской академической школы того времени, Иоханнесу Такканену, сыну бедного крестьянина, было много труднее. Талантливому скульптору, всю свою короткую жизнь принужденному бороться с нуждой (он умер 36 лет в Риме, почти нищим, среди людей, которые не могли даже понять последних слов умирающего), не удалось добиться признания. Такканен не смог раскрыть своего дарования - приложить силы к выполнению монументальных скульптур. Но даже те небольшие статуэтки, которые сохранились, свидетельствуют о большом и оригинальном даровании мастера. Такканена справедливо называли певцом женской красоты, его статуэтки полны лиризма и мягкости («Прикованная Андромеда», 1882; «Айно»-мотив из «Калевалы», 1876; обе - Хельсинки, Атенеум).

Простота, естественность, национальные типы и образы- все это выглядело слишком смело и необычно для классицистического Рима. Поддержки же со стороны родины Такканен не получил. Так Финляндия потеряла своего первого национального художника.

В 1880-1890-х гг. скульптура становится в Финляндии одним из ведущих жанров. В городах устанавливаются памятники крупным деятелям, создается парковая скульптура, рельефы для украшения общественных и частных зданий. Основной направленностью всей монументальной скульптуры была пропаганда национальных идей; именно в эти десятилетия наиболее четко определяется художественная ориентация финских мастеров ваяния и те пути, по которым пойдет современная финская скульптура. Салонно-традиционная линия была очень наглядно представлена творчеством Вилле Валлгрена (1855-1940). Наиболее ярким мастером, развивающим народные традиции финской скульптуры, был Эмиль Викстрём (1864-1942).

Валлгрен около 1880 г. поселился в Париже. Большой успех у парижской «широкой» публики снискали мелкие жанровые статуэтки Валлгрена («Марьятта», 1886, мрамор, Турку, Музей искусств; «Эхо», 1887, мрамор; «Весна», 1895, золото, обе - Хельсинки, Атенеум, и др.). Его произведениям присущи вычурная декоративность, чувственность, а зачастую и слащавость. В конце 1890-х гг. он начинает увлекаться вытянутыми пропорциями, извилистой линией контура. С годами у него все больше проявляется тяготение к декоративности и литературности. Когда же Валлгрен пытался изображать своих кокетливых девушек в монументальных формах (фонтан «Хавис Аманда» в Хельсинки, 1908), он терпел неудачу, так как был мастером малых форм.

В отличие от Валлгрена Эмиль Викстрём только в 1890-х гг. отдает дань французской салонной виртуозности («Сон невинности», 1891; Хельсинки, Атенеум). Уже в 1900-е гг. искусство его мужает. История и современность Финляндии становятся основными темами его работ. Меняется и обработка материала, некоторая вычурность уступает место крепкой пластической форме. Такова одна из его центральных работ - фриз на главном фасаде палаты представителей сейма (1902, Хельсинки). Эта грандиозная композиция, выполненная в бронзе, состоит из аллегорических сцен, рассказывающих об истории финского народа, его работе и борьбе за независимость. Викстрём известен и как мастер портретной и монументальной скульптуры. В 1886 г. он выполнил удачный портрет живописца Галлен-Каллела (бронза, Хельсинки, Атенеум), в 1902г.- памятник собирателю эпоса «Калевала» Лённроту (Хельсинки), композицию «Сплавщики леса». Одной из его последних работ был памятник И. В. Снеллману (1923, Хельсинки). Монументальным и портретным работам Викстрёма присущи глубокий реализм, умение найти наиболее характерное, типическое в портретируемом.

Учеником Викстрёма был Эмиль Халонен (1875-1950), возродивший народные традиции резьбы по дереву. Ему принадлежат многочисленные рельефы из сосны («Объездчик оленя», 1899), скульптуры в дереве («Молодая девушка», 1908; обе работы -Хельсинки, Атенеум). Наиболее интересной работой Халонена были рельефы для финского павильона на Всемирной выставке в Париже в 1900 г. (Хельсинки, Атенеум), выполненные в несколько архаической манере, имитирующей народную резьбу по дереву; просто и лаконично они воспроизводили сценки народной жизни. Приемы резьбы по дереву, выработанные Халоненом, продолжили и развили такие скульпторы, как Альбин Каасинен (р. 1892) и Ханнес Аутере (р. 1888), создатели сценок из народной жизни, с большим юмором и мастерством рассказывающие о своих современниках.

В 1910 г. по инициативе Феликса Нюлунда (1878-1940) был создан Союз скульпторов Финляндии, сыгравший большую организующую роль. Для ранних работ самого Нюлунда характерно стремление к обобщенной пластической форме при сохранении интереса к психологической характеристике модели. Особенно хороши его детские портреты («Эрвин», 1906, мрамор; Хельсинки, Атенеум), отличающиеся свежестью и теплотой. Позднее Нюлунд, как большинство художников старшего поколения, увлекся модернистскими течениями и отошел от реализма.

Десятые-двадцатые годы ознаменованы в финском искусстве тяготением к экспрессионизму, а затем к абстракционизму. Начинаются поиски «самодовлеющего объема», «чистой формы» и т. д., и лишь немногим скульпторам удается противостоять этим чуждым влияниям. Среди них нужно в первую очередь назвать крупнейшего современного скульптора-реалиста, принесшего Финляндии мировую славу,- Вяйнё Аалтонена (р. 1894).

Художественное образование Аалтонен получил в школе рисования в Турку под руководством В. Вестерхольма. Школа выпускала живописцев, но, вопреки предположениям своих учителей, Аалтонен стал скульптором. Искусство ваяния привлекало его с самого детства, оно было его призванием. Аалтонен - тот мастер, о котором в Финляндии говорят, что он разбудил от вечного сна гранитные скалы. Черный и красный гранит стал излюбленным материалом Аалтонена. Диапазон этого художника необычайно широк: им создана огромная портретная галлерея современников, парковые скульптуры и статуи атлетов, надгробные памятники и монументальные рельефы, украшающие правительственные и общественные здания, камерная скульптура из дерева и терракоты, картины маслом и темперы на темы «Калевалы». Уже ранние работы Аалтонена - серия так называемых «Дев» («Девушка, идущая вброд», 1917-1922, гранит; «Сидящая молодая девушка», 1923-1925, гранит; все в частных собраниях)- вызвали интерес публики своим большим лиризмом, теплотой и поэтичностью в изображении обнаженного женского тела и необычайной мягкостью обработки материала. В эти же годы Аалтонена занимает и тема обнаженного мужского тела, и он создает один из своих шедевров - статую бегуна Пааво Нурми (1924-1925, бронза; Хельсинки); легкость, уверенность и свобода сильного, мускулистого тела прекрасно переданы скульптором. Едва касаясь ногой постамента, Нурми как будто летит вперед.

Портретным искусством Аалтонен начинает заниматься еще в юношеские годы и продолжает работу в этом жанре по сей день. Его можно считать одним из создателей современного финского скульптурного портрета. Его искусство основано на глубоком проникновении во внутренний мир портретируемого и жестком отборе элементов, из которых слагается характеристика модели.

Среди лучших портретных работ Аалтонена можно назвать портрет писательницы Марии Иотуни (1919, мрамор; частное собрание) с добрым, чуть грустным лицом; суровая, полная силы и достоинства голова В. Вестерхольма (1925, гранит; частное собрание) передает глубокую сосредоточенность учителя Аалтонена. Прекрасны портреты композитора Яна Сибелиуса (1935, мрамор; Пори, Дом-музей Сибелиуса), чья могучая голова как бы вырастает из каменного блока, и поэта Аарро Хеллаакоски (1946, бронза; частное собрание), где предельный лаконизм форм и средств выражения не мешает воссозданию облика этого разочаровавшегося в жизни друга юности Аалтонена.

Большой интерес представляют монументальные работы Аалтонена. Глубоко национальны по трактовке образов его обнаженные фигуры на мосту в Тампере (1927-1929, бронза). Прекрасна в своей строгой сдержанности героиня «Калевалы» «Марьятта» (1934, бронза; собственность автора): молодая женщина в ниспадающем до земли платье стоит, высоко подняв на руках ребенка, взор ее полон грусти и нежности, плавны очертания ее стройного силуэта. Памятник Алексису Киви (1934, бронза) в Хельсинки воссоздает печальный образ великого финского писателя, который рано умер в нищете, так и не получив при жизни признания. Горькие мысли обуревают сидящего в глубокой задумчивости человека, поникла голова, бессильно упали на колени руки. Строгие формы очень компактного памятника хорошо вписаны в ансамбль города.

Среди монументальных рельефов Аалтонена памятник в честь первых финских переселенцев в Делавере (Канада; 1938, красный гранит) занимает особое место - это, пожалуй, одна из самых национальных по духу его вещей. Памятник представляет собой плиту, продольные стороны которой украшены рельефами. Особенно хорош рельеф «Прощание с родным берегом». Далеко в море видны очертания корабля, а на переднем плане, у каменистого берега, в суровом молчании застыли провожающие; через несколько минут лодка доставит смельчаков на корабль, идущий в неведомые страны в поисках лучшей жизни. Всегда избегающий патетики, эффектов и резких движений, Аалтонен выбрал тот момент, когда все слова уже сказаны - наступила минута молчания. Крайней лапидарности пластического решения рельефа противостоит четкая проработанность контурного рисунка фигур.

Эту национальную специфику и в типажах и в трактовке образов мы находим и в живописных и графических работах Аалтонена, таких, как «Куллерво» (1930- 1940, темпера), в поэтичном «Возвращении с вечернего удоя» (1939, рисунок; обе - собственность автора).

Темы мира и дружбы между народами, солидарности трудящихся близки и дороги Аалтонену. К 1952 г. относится бронзовый памятник «Дружба», символизирующий дружбу финского города Турку и шведского города Гётеборга (памятники установлены в обоих городах). Большим вкладом в дело мира явилась скульптура Аалтонена «Мир» в Лахти (1950-1952, гранит), изображающая мир в виде монументальной фигуры женщины с высоко воздетыми руками, как бы преграждающей дорогу войне. За эту скульптуру в 1954 г. Всемирным Советом Мира Аалтонену была вручена золотая медаль.

Несмотря на то, что в последние десятилетия в финской скульптуре абстракционизм как официальное направление занял довольно прочное место, большая группа молодых художников, новаторски развивая реалистические основы искусства как в портретной, так и в монументальной скульптуре, не дает абстракционистам занять ведущее место. Среди мастеров-реалистов нужно назвать таких крупных художников, как Эсси Ренвалл (р. 1911) и Аймо Тукияйнен (р. 1917). Эсси Ренвалл - художница тонкого, лирического дарования, ей принадлежит много портретов современников («Онни Окконен», бронза), особенно привлекают ее детские образы. Помимо портретов Ренвалл создает и обобщенные образы простых людей («Текстильщица», бронза; парк в Тампере). Ренвалл работает в мраморе и бронзе, а последнее время для усиления выразительности применяет инкрустацию цветными камнями и металлом. Аймо Тукияйнен создает монументально трактованные портреты («Портрет Товио Пекканена», 1956, бронза) и памятники (памятник Еету Салину, 1955, бронза); этот установленный посреди бассейна памятник изображает усталого человека в рабочей одежде, склонившегося на колено, чтобы смыть с лица пыль.

Борьбе за укрепление мира во многом посвящено и медальерное искусство Финляндии, достигшее высокого расцвета за последние десятилетия. Удивительно тонки, гармоничны и пластичны медали Аалтонена, Герды Квист (р. 1883) и других мастеров, посвященные выдающимся современникам и событиям.

Девяностые годы 19 столетия ознаменовались решительным переломом в развитии финской архитектуры, которая, отойдя от традиционного классицистического академизма, встала на путь поисков в духе нового национально-романтического направления. Характерное для этого периода внимание к финскому и карельскому народному зодчеству было связано с ростом национального самосознания и в то же время перекликалось с тенденцией использования местных материалов, проявившейся в западноевропейской (особенно английской и шведской) архитектуре. В общее русло освоения национальной культуры Суоми в последнее десятилетие 19 века влились исследования архитекторов Ю. Бломстеда и В. Суксдорфа («Карельские постройки и декоративные формы», 1900), работы финских художников, воспевающих своеобразную красоту этой северной страны, музыка Яна Сибедиуса (симфоническая поэма «Финляндия», легенда «Туонельский лебедь», «Весенняя песня»), рисующая картины суровой природы края.

В этой атмосфере формируется плеяда выдающихся финских зодчих, среди которых наиболее видное место занимают Ларе Сонк, Герман Гезелиус, Армас Линдгрен и особенно Элиэль Сааринен (1873-1950). Сонк одним из первых использовал в эти годы бревенчатые здания и кладку из грубого камня для достижения особой выразительности архитектуры национального романтизма. Его собор в Тампере (1902-1907) получил широкую и заслуженную известность благодаря Эмоциональности образа, силе и гармоничности замысла.

На Всемирной выставке в Париже в 1900 г. получил широкое признание финский павильон, созданный Гезелиусом, Линдгреном и Саариненом, который выделялся на фоне массы эклектических и перегруженных декором построек своей простотой и композиционной ясностью. Одним из наиболее ярких произведений этого периода является жилой дом во Втрэске, построенный для себя группой архитекторов в 1902 г. Здание отличается исключительной монументальностью, живописной композицией масс и органически сливается с окружающей природой. В этом сооружении до высокой степени совершенства доведены свободная планировка помещений и использование выразительных возможностей дерева и гранита.

Большое значение для финской архитектуры этого периода, как признают сами финские зодчие, имела связь с современной им русской художественной культурой, в которой в эти годы был широко распространен интерес к освоению традиций народного зодчества, прикладного искусства, фольклора (Это влияние определялось существованием тесных культурных связей между русским и финским искусством. В частности, Элиэль Сааринен был действительным членом Петербургской Академии художеств и поддерживал постоянные контакты с такими деятелями русской культуры, как М. Горький, И. Грабарь, Н. Рерих и другие. ).

К концу первого десятилетия 20 в. в Финляндии складывается новое направление, близкое по своему характеру к русскому модерну, но отличающееся от него большим лаконизмом и сдержанностью. Здесь также самым крупным мастером выступает Элиэль Сааринен. В его проектах Дворца мира в Гааге (1905), финляндского сейма (1908), ратуши в Таллине (1912) и особенно в осуществленном проекте железнодорожного вокзала в Хельсинки (1904-1914) получает развитие излюбленный Саариненом прием противопоставления массивной башни и тяжелого горизонтального объема, служащего для нее как бы незыблемым основанием. Своего апогея эта тема достигает в проекте Дома-музея национальной культуры, известного под названием Дома Калевалы в Мунккиниеми (1921), где красивое по своему рисунку и пропорциональному строю здание тяжеловесностью своих форм напоминает крепостное сооружение, созданное как бы путем обработки вершины гранитной скалы. Разработанный Саариненом образ общественного здания несколько суров и мрачен, но он неповторимо своеобразен и органически связан с национальными особенностями финской архитектуры.

К этому периоду относятся и первые градостроительные работы Сааринена (конкурсный проект Канберры, 1912; генеральный план Мунккиниеми-Хаага, 1910- 1915), в которых стремление к максимальной монументализации крупных городских комплексов сочетается с зарождающимися новыми представлениями об организме населенного пункта и дифференциации его отдельных частей.

Окончание первой мировой войны и предоставление Финляндии по инициативе В. И. Ленина государственной самостоятельности было ознаменовано в области архитектуры рядом крупных градостроительных работ. Наиболее значительной из них был проект Большого Хельсинки (1918), выдвинувший Элиэля Сааринена в число признанных авторитетов мирового градостроительства. В проекте была проведена дифференциация жилых районов столицы и децентрализация расселения в городах-спутниках с последовательностью, которой ранее никто не добивался. Автор превосходно использовал изрезанные озерами и заливами пригородные территории для локализации отдельных жилых комплексов, органично вписанных в природу.

В 20-30-х гг. в Финляндии строится ряд крупных и значительных по своей архитектуре общественных и торговых зданий. Среди них выделяется здание парламента (1931, архитектор И. Сирен). Характерно, что это сооружение выдержано в уравновешенных строгих формах неоклассицизма, сохранивших до 30-х гг. сильные позиции в Финляндии.

Интересным и более современным по своим формам был выстроенный в Хельсинки в 1926-1931 гг. еще одним видным представителем финской архитектуры, Сигурдом Фростерусом, универмаг фирмы Штокман. В его внешних формах отразился присущий финской архитектуре этого времени монументализм. Интерьеры универмага, выстроенного на основе железобетонного каркаса, получили обширное, широко открытое и свободно организованное торговое пространство, характерное для новых сооружений этого типа.

С 30-х гг. 20 в. ведущей фигурой финской архитектуры становится Алвар Аалто (р. 1898)-талантливый зодчий, вышедший из семьи лесника и завоевавший впоследствии, как и Элиэль Сааринен, мировую известность и вошедший в число крупнейших архитекторов нашего времени. В 1929-1933 гг. А. Аалто строит туберкулезный санаторий в Паймио на юго-западе Финляндии, целиком выдержанный в духе европейского функционализма и в то же время отличающийся местным своеобразием - исключительной чистотой и свежестью своих архитектурных форм, свободной композицией объемов, органичной связью с рельефом и лесистым ландшафтом края. Наряду со зданием Баухауза в Дессау В. Гропиуса и работами Ле Корбюзье это сооружение является одним из самых знаменитых и этапных в развитии современной архитектуры. Другой работой А. Аалто, так же как и санаторий в Паймио, заслуженно считающейся одной из лучших европейских построек 30-х гг., стало здание библиотеки в Выборге. В нем привлекает внимание тщательно продуманная функциональная основа плана, правдивость внешнего облика сооружения и большая эмоциональная выразительность. В лекционном зале библиотеки применен специальный деревянный акустический потолок криволинейного очертания, придавший интерьеру своеобразие и новую для тех лет форму.

Заслугой Аалто в этом и в ряде других сооружений явилось то, что, воспринимая рационалистическую основу конструктивизма и используя ее на финской почве, он с самого начала выступил против ее ограниченности и приступил к разработке эстетических принципов нового направления, к поискам его художественного языка. Аалто отмечал, что «технический функционализм не может быть единственным в архитектуре» и что одной из важных задач современного зодчества «является решение психологических проблем». В числе других значительных произведений А. Аалто следует упомянуть финский павильон на Международной выставке в Нью-Йорке, виллу Майреа в Ноормарку, деревообрабатывающую фабрику в Суниле (1936-1939). В последней работе, Аалто выступает также в качестве градостроителя: он создает не только комплекс промышленных объектов, но и жилой поселок для рабочих, продолжающий лучшие традиции финского зодчества- учет и бережное использование природного окружения.

Новые черты в архитектуре общественных сооружений вносит Эрик Брюгман (1891-1955). Он первым в Скандинавских странах широко раскрывает интерьер с помощью стеклянного витража в окружающее пространство (часовня в Турку, 1938-1941), стремясь создать новый художественный эффект и новое единство архитектуры и природы.

Крупным сооружением этого периода явился также Олимпийский комплекс в Хельсинки, включающий превосходный стадион (1934-1952, архитекторы Ирьё Линдгрен и Тойво Янтти) и Олимпийский городок (архитекторы X. Эклунд и М. Вяликангас), ставший первым городом-спутником финской столицы.

После второй мировой войны экономика Финляндии быстро стабилизировалась благодаря расширяющимся торговым связям с Советским Союзом, и финские архитекторы получили возможность приступить к осуществлению ряда ранее лишь намечавшихся градостроительных идей и к массовому строительству. Наиболее крупной и значительной их работой, получившей большой резонанс, явилось строительство города-сада Тапиола в 9 км от Хельсинки (Авторы Тапиолы: архитекторы О, Мейерман и И. Сильтавуори (генеральный план), А. Бломстед, В. Ревелл, М. Тавио, А. Эрви, К. и X. Сирен, Т. Ниронен и другие. Строительство ведется специально созданным жилищным кооперативом с 1952 г. ). При строительстве Тапиолы архитекторы стремились преодолеть отрыв человека от природы, характерный для крупных капиталистических городов. Город на 15 тысяч жителей построен среди естественной зелени на пересеченном рельефе с выходами материкового гранитного основания и занимает территорию более 230 га. Особое внимание уделяется охране живой природы и живописных, почти не тронутых рукой человека пейзажей. Характерно, что жилая застройка занимает всего 25 процентов земли, тогда как свободные зеленые пространства - 75 процентов. Фактически здесь не зеленые насаждения вкраплены в городскую застройку, а дома - в естественный массив леса, применяясь в своем расположении к существующим группам деревьев, рельефу, выступам скал и условиям солнечного освещения. До необходимого минимума сведена сеть асфальтированных дорог, проложенных живописными лентами по перепадам естественной поверхности земли.

Центр Тапиолы (1954 -1962, архитектор Аарне Эрви) характерен для новых идей построения городского ансамбля. В нем хорошо организовано свободное и в то же время четко дифференцированное пространство, созданы динамические контрасты архитектурных вертикалей и распластанных, горизонтальных объемов, обособлены пешеходные и транспортные пути. Общественное начало здесь сочетается с некоторой интимностью, регулярные мотивы - с живописностью (так, например, четкая геометричность замощенной плитами площади у торговых зданий оживляется группами деревьев, сохраненных на тех местах, где они росли на свободе, до начала строительства). В структуре жилых комплексов Тапиолы учтены потребности различных групп населения: по возрастному составу и семейному положению. Наряду с этим (и это характерно для всей практики капиталистического градостроительства) здесь проведена дифференциация застройки по социальному положению и материальной обеспеченности граждан. В соответствии с этим использованы многообразные типы зданий - от 8 -11-этажных башенных домов до 1-2-этажных сблокированных коттеджей.

В Тапиоле разработан ряд интересных новых типов общественных сооружений, например школа павильонного типа, выстроенная по проекту архитекторов Кайя и Хейкки Сирен. Своеобразна по своей архитектуре застройка улицы Меннин-кяйсентие, осуществленная архитектором А. Бломстедом. Улица проходит у подножия гранитного массива, на котором расположена группа многоэтажных домов. С другой стороны выстроена цепочка сблокированных домов, обращенных в сторону леса и озер. Ритм чередующихся, простых по своим геометрическим формам одно- и двухэтажных объемов, вытянувшихся на рубеже между лужайкой и лесом, контрасты светлых гладких стен и стеклянных окон-витражей, разнообразие в окраске Зданий, свечки сосен, между которыми проложена непочка зданий,- все это создает разнообразную, исключительно выразительную и живописную архитектурно-пространственную композицию.

рис. на стр 319

Следует отметить, что кроме Тапиолы в послевоенной Финляндии построен ряд других заслуживающих внимания жилых районов и комплексов.

Заметных успехов архитекторы Финляндии достигли и в сооружении общественных и административных зданий. Для рабочих организаций А. Аалто построил в 1958 г. Дом культуры в Хельсинки, в котором использовал свободное сочетание органически развивающихся объемов и криволинейных кирпичных плоскостей. Асимметрично расположенный амфитеатр отличается не только свежестью форм, но и превосходной акустикой, делающей его одним из лучших в Европе залов этого типа. Тому же автору принадлежит превосходное здание учреждений социального страхования в Хельсинки (1952), в котором архитектор стремился преодолеть казенный дух подобных построек, комплекс сооружений муниципального совета в Сяюнятеало (1956), по существу, являющийся центром микрорайона и включающий целый ряд элементов общественного обслуживания, административное здание фирмы «Раутатало», облицованное медью и бронзой. Следует отметить, что финские архитекторы широко применяют отделку фасадов листовым и профилированным металлом (медь, бронза, анодированный и простой алюминий), что придает их постройкам своеобразную выразительность.

Одним из наиболее крупных учебных заведений, выстроенных после войны, является Рабочий институт в Турку (1958, архитектор А. Эрви), в котором архитектор использовал контрасты свободно организованного окружающего пространства и четкий геометризм зданий, сгруппированных вокруг замощенного плитами двора с прямоугольным бассейном и скульптурной группой. В школах и других учебных зданиях финские архитекторы широко используют универсальные залы и аудитории, применяя системы раздвижных перегородок, механически убирающихся скамей амфитеатра, создавая возможность по-разному варьировать характер внутреннего пространства, вместимость помещений и т. п.

рис. на стр. 321.

Повсеместно основными чертами современной финской архитектуры остается простота и целесообразность, большая эмоциональная выразительность, тактичное использование цвета, применение наряду с эффектно подаваемыми новыми материалами (металл, пластики, эмали, этерниты и т. п.) естественных и традиционных в Финляндии местных материалов (дерево, гранит) и - самое главное - умение органически вписаться в природное окружение, использовать все возможности, которые подсказывает архитектору микрорельеф, обилие озер, изрезанность берегов, живописная и девственная природа лесного края. Эта последняя особенность наглядно прослеживается не только в жилых и общественных, но и в большинстве промышленных сооружений, которые, подобно электростанции на реке Оулун-Йоки (1949, архитектор А. Эрви), естественно вырастают из гранитного скалистого основания в окружении стройных и немного мрачноватых сосен.

Следует отметить, однако, что ограниченный размах строительства практически не обеспечивал необходимой экономической базы для индустриального, типизированного массового строительного производства. Основные постройки выполняются по индивидуальным проектам. Только сборные одноэтажные деревянные дома, предназначенные преимущественно для сельской местности, изготовляются индустриальными методами на специальных домостроительных заводах.

Очень сдержанно используют финские зодчие синтез искусств, ограничиваясь, как правило, лишь окраской домов, которая выполняется с большим мастерством. В городских архитектурных ансамблях встречается декоративная и мемориальная скульптура, с большим чувством такта применяются элементы декоративно-прикладного искусства и малые архитектурные формы.

Интерес к искусству в развитых странах сохраняет свою актуальность во все времена!
В Финляндии современное искусство продолжает развиваться и привлекает множество поклонников своей смелостью, самодостаточностью и конечно уникальными национальными приемами.
Сегодня, как и много лет назад, в современном искусстве Финляндии проглядывается особая связь финнов с природой. Скандинавский дизайн манит своей простатой и природными нотками. Тема взаимодействия человека и всего живого, что его окружает, в финском современном искусстве по-прежнему занимает ключевое место. Финские художники, фотографы, дизайнеры продолжают черпать вдохновение для своих работ в истинно живом и фундаментальном: человек, природа, красота, музыка.

Корреспондент культурно-информационного портала Finmaa встретился с известной, в кругах финской современной живописи, художницей Каариной Хелениус, и попытался узнать — чем и как живет современный художник в Финляндии.

Finmaa: — Что сегодня означает современное искусство в Финляндии?
— Я бы охарактеризовала современное искусство как работы, выполненные с помощью иных, новых технических приемов. Могут использоваться и старые приемы, но с новым взглядом на старые вещи.

Finmaa: — Насколько современное искусство востребовано, если говорить об интересе к нему со стороны реального покупателя? Можно ли занимаясь этим, зарабатывать на жизнь в Финляндии?
— Современное искусство очень востребовано в Финляндии. Финны особенно интересуются работами молодых художников. Тем не менее в Финляндии не так много художников, которые зарабатывают на жизнь только искусством. Обычно, художник имеет профессиональное образование и выполняет параллельно другие виды работ. Я, например, являюсь графическим дизайнером. У меня свое рекламное агентство и днем я работаю в своем офисе. Я люблю заниматься и тем и другим, так что с удовольствием выполняю два вида работ.

Finmaa: — Ты живешь и работаешь в городе Хямеэнлинна. Как, по-твоему, в этом городе или вообще в Финляндии подходящая атмосфера для творчества?
— Хямеэнлинна — это небольшой город, который удобно расположен по отношению к другим культурным городам Финляндии. Отсюда легко добраться до Хельсинки или Тампере. Хямеэнлинна очень спокойный город, здесь безопасно жить и легко заниматься творчеством. Например, моя студия, где я рисую свои картины, находится на территории бывших казарм. Здесь очень тихая и спокойная атмосфера, красивая природа и отличное место для прогулок.

Finmaa: — Что тебя вдохновляет в твоей работе? Как рождаются образы твоих картин?
-Меня вдохновляет музыка, мода и природа. Все картины я создаю в своей голове, а когда начинаю рисовать, то уже знаю что должно получиться.

Finmaa: — Сколько времени занимает одна работа, тебе легко даются твои картины или это действительно сложный и кропотливый труд?
— На одну картину уходит примерно 2 — 4 недели. Я использую масленые краски, которые наношу мазками на материал. Все образы рисую сначала в голове, идей появляется очень много. Если в моей работе присутствуют человеческие образы, то приглашаю настоящих людей и делаю наброски с натуры, а затем, на основе эскиза, начинаю рисовать картину. Стараюсь как можно лучше рисовать эскиз, так как времени всегда ограниченно. Я работаю в своем ателье по вечерам после своей основной работы и на выходных.

Finmaa: — Ты рисуешь натуры, это направление более востребовано сегодня или это твое самовыражение?
— В своих работах я не пытаюсь создавать модные картины или делать акцент на обнаженных людях. Я всегда хочу показать чувства или события. Человек является лишь частью идеи.

Finmaa: — Как ты увлеклась рисованием? С чего ты начинала?
— У меня профессиональное художественное образование. Я училась в художественной школе в городе Хювинкяа. У меня также есть образование в сфере торговли и графического дизайна.
Я увлеклась рисованием случайно, в 18 лет. Мне понравилась это занятие, и я пошла учиться на профессионального художника. Чуть позже, я поняла, что это занятие мне по душе и я хочу серьезно работать в этой сфере. После художественной школы я обучалась графическому дизайну, который мне тоже очень нравился. В Финляндии трудно быть просто художником, несмотря на поддержку со стороны государства. Так началась моя карьера в сфере искусства. Позднее у меня появились свои выставки, которые проходили в разных городах Финляндии.

Finmaa: — С какими трудностями сталкивается в своей работе художник или дизайнер в Финляндии?
— В Финляндии, художники могут рассчитывать на финансовую поддержку со стороны государства, но этого не достаточно для нормальной жизни. Также на продажу картин влияет экономическая ситуация в стране.

Finmaa: — Над чем ты работаешь сейчас?
— Сейчас я рисую картины для моей следующей выставки, которая пройдет в России, в городе Санкт — Петербург, в мае 2016 года. Также я планирую несколько выставок в Финляндии на 2016 и 2017 года.

Finmaa: — Чем еще любишь заниматься в свободное время? Есть ли у тебя хобби?
— Свободного времени у меня почти нет, но я люблю заниматься бегом и хожу иногда в спортзал.

Finmaa: — Любишь ли ты путешествовать? Удалось ли побывать в России и в каком городе? Что понравилось и запомнилось?
— Первый раз мне удалось побывать в России в марте 2015 года. Тогда я жила в Доме-Финляндии на Большой Конюшенной улице. Мне очень понравился этот город и я приехала второй раз, уже в сентябре. Мне очень нравится русская национальная кухня. Люди в Санкт — Петербурге тоже очень дружелюбные и приветливые. Меня очень интересует современное творчество и дизайн молодых российских художников. В Санкт — Петербурге много дизайнерских центров, выставочных галерей и модных магазинов. Я не говорю по-русски, только несколько слов знаю, но мне хотелось бы выучить этот язык. В других городах России я еще не была, но в Санкт — Петербург готова приезжать снова и снова!

Finmaa: — Если у тебя мечта?
— Я очень хочу продолжать заниматься любимым делом и создавать новые проекты. Недавно я работала над дизайном линейки серебряных украшений для одной финской компании. Проект оказался очень успешным и я надеюсь на дальнейшую работу в этой сфере.

Finmaa, 2016.
Хямеэнлинна, Финляндия

Основано в 1933 в Хельсинки. Первоначально объединяло 23 художника разных специальностей, к концу 1930-х – около 45. Первым председателем общества стал архитектор и художник по интерьеру Л. Е. Курпатов, с 1934 этот пост занимала Е. А. Буман-Коломийцева, с 1935 – барон Р. А. Штакельберг (в 1936 избран почетным членом), с 1936 – В. П. Щепанский. Общество устраивало ежегодные выставки работ своих членов (с присуждением денежных премий) и ежегодные благотворительные балы (обычно в Hotel Grand); действовала касса взаимопомощи, проводились товарищеские вечера, читались публичные доклады по искусству. Среди прочитанных в разные годы докладов: «Русский театр за последние 25 лет» С. М. Веселова (1935), «Русские пейзажисты» В. П. Щепанского (1936; посвящен памяти художницы М. А. Федоровой), «Культура дома» Л. Е. Курпатова (1936) и др. Общество участвовало в устройстве ежегодного Дня русской культуры, отмечаемого в день рождения А. С. Пушкина, а в 1937 – в мероприятиях, связанных со столетием со дня гибели поэта. В 1934 было решено организовать художественную мастерскую, а летом сообща снять дачное помещение для работы на этюдах.

В выставках общества участвовали: М. Акутина-Шувалова, Н. П. Белый, А. П. Блазнов, Н. Блинов, Е. А. Буман-Коломийцева, П. Варлачев, В. А. Вейнер, С. М. Веселов, В. И. Воутилайнен, Э. В. Детерс, Х. Диппель-Шмаков, С. Добровольский, П. С. Захаров, С. Г. Ирманова, И. М. Карпинский, И. Красностовский, Л. Кратц, Л. Л. Кузьмин, Н. Г. Кузьмина, И. Куркиранта, Л. Е. Курпатов, О. Курпатова, Т. Курто, А. Линденберг, П. Ломакин, баронесса М. Б. Майдель, М. Милова, М. М. фон Мингин, В. Митинин, М.Н. Немилова, М. Пец-Блазнова, Л. Платан, Г. Пресас, Ю. И. Репин, В. И. Репина, М. Романов, С. Румбин, В. П. Семенов-Тян-Шанский, М. А. Федорова, Т. Шванк, В. Шерманова-Браун, М. Н. Шилкин, А. Л. фон Шульц, Г. Шумахер, М. Н. Щепанская, В. П. Щепанский.

С началом в 1939 боевых действий СССР против Финляндии деятельность общества прекратилась и вновь активизировалась только после войны. В 1945 общество было преобразовано в Союз русских художников в Финляндии, председателем которого стал И. М. Карпинский. В следующем году эта организация стала коллективным членом Русского культурно-демократического союза, а в 1947 в художественном салоне Хэрхаммера состоялась ее первая выставка.

Альберт Густав Аристид Эдельфельт (1854 –1905)

Альберт Эдельфельт родился в 1854 году в Финляндии вблизи Порво. Его отец был архитектором. От отца он перенял любовь к музыке и рисованию. Однако мать была самым близким человеком для будущего художника. Альберт Эдельфельт был во многом творением своей честолюбивой матери.

Портрет матери художника. 1883

Первые уроки живописи мальчик получил в школе Финского художественного общества в Хельсинки. Решив посвятить себя живописи, он поступает в Академию художеств в Антверпене, но через год переезжает в Париж, где берёт уроки у Л. Жерома.

Представитель реалистического направления. Испытал влияние импрессионизма. Автор исторических полотен, картин из народной жизни, пейзажей, портретов, отмеченных свободой и выразительностью художественной формы, тонкой передачей свето-воздушной среды, праздничной яркостью колорита.

Уже в двадцатитрёхлетнем возрасте Эдельфельт стал наиболее заметной фигурой финской живописи и возглавил борьбу молодого поколения художников за реализм и работу с натуры. Первоначально Альберт намеревался стать историческим художником. От него ждали патриотических полотен. Наиболее известной картиной этого плана стало "Надругательство герцога Карла над останками К. Флеминга"(1878). Этот сюжет освещает борьбу за власть в Финляндии, развернувшуюся в конце ХVI века.

Надругательство герцога Карла над останками К. Флеминга. 1878

Чудесной игрой красок и свежестью молодости притягивает картина "Королева Бланка с ребёнком" (1877).

Но постепенно живая жизнь родной земли привлекает его больше и больше. Следующие работы живописца были созданы уже в стиле реалистического изображения народного быта. На родине Альберт не раз выезжал с рыбаками в открытое море, а затем в студии в Хайко специально поставил распиленную рыбацкую лодку для точного выполнения деталей. Успех картины "Похороны ребёнка" (1879), а также настоящая удача картины "На море" (1883) сделали Эдельфельта признанным на родине мастером.

Похороны ребёнка. 1879

На море. 1883

Весомее всего подтвердили репутацию А.Эдельфельта как национального художника его картины из жизни простых людей Финляндии: "Мальчики у воды" (1884), "Девушка с граблями" (1886), "Бабы из Руохолахти" (1887).

Русский критик В.В. Стасов писал: "Лучше всех их финляндцев, конечно, Эдельфельт, а у него замечательнее всего картина "Прачки" (1889), полная здорового, свежего реализма и жизни". Эта картина осталась в России, а с 1930 г она - в Эрмитаже.

Прачки. 1889

Внимание зрителей всегда притягивает проникнутая истинно "парижским духом" картина "В Люксембургском саду" (1887). В пленэрных работах этих лет А.Эдельфельт уделяет много внимания проблемам света и красок.

В Люксембургском саду. 1887

Совершив поездку по Европе, Эдельфельт надолго остановился в Петербурге. Впервые он приехал в Санкт-Петербург в 1881 году. Российские художники и общество с восторгом встретили А.Эдельфельта, В 1881 г молодой финский живописец представил свои работы на суд Санкт-Петербургской Академии. Он имел большой успех: ему было присвоено звание академика и организована персональная выставка в Царском селе. Эдельфельт был представлен царской фамилии. По желанию государя Александра III он выполнил копию картины "На море", и сделал ряд заказных работ. В этот же период художник создаёт несколько жанровых портретов, из которых самым популярным стал портрет сестры художника Берты с собачкой на даче в Хайко.

Добрые друзья. 1881

Под названием "Добрые друзья" (1881), повторы этой картины хранятся в Атенеуме и в Гётеборге. Близкая по характеру картина "В детской" (1885) была куплена Александром III для Гатчинского дворца. В Атениуме выставлен также созданный в эти годы портрет Софи Манзей.

Портрет Софи Манзей.

Благодаря популярности и авторитету А. Эдельфельта, искусство Финляндии получило признание в России. В Петербурге Эдельфельт познакомился с молодыми деятелями нового русского искусства Сергеем Дягилевым и Александром Бенуа: "Мы буквально висели на Эдельфельте, в наших глазах его голова была окружена ореолом парижского признания", - писал позже Бенуа. Близость финских и русских художников ознаменовалась несколькими совместными выставками. Крупнейшая из них была в 1898 году в музее при училище барона Штиглица. Там были представлены работы в то время молодых художников: Серова, Репина, Врубеля - из российских; и М. Энкеля, Галлен-Каллела, Ярнефельда - с финской стороны. Выставка возбудила большой интерес к финской культуре и самой Финляндии среди русской публики.

Но главной формой творчества для А. Эдельфельта в зрелые годы была портретная живопись. Эдельфельт много и успешно работал в жанре портрета. П о заказу правительства Франции он написал п ортрет Луи Пастера (1885). В 1880 и 1890х гг Эдельфельт много работал по заказам русского царского двора. Но кроме официальных портретов он создавал прекрасные творения: "Портрет матери", "Сказительница Ларин Параске", портреты великих финских актрис Айне Акте и Иды Аалберг.

Пейзаж занимает сравнительно немного места в творчестве Эдельфельта. Однако, в Эрмитаже есть его работы: "Вид на Порво", акварель "Вид на озеро в Каукола", офорт "Сосна в снегу". В Эрмитаже представлен также ряд рисунков и иллюстраций замечательного финского мастера.

Очерк творчества Эдельфельта будет неполным, если не упомянуть об его последней работе: В 1900-1904 гг художник был занят созданием монументального панно в актовом зале Хельсинкского университета на тему: "Торжественное открытие университета в Турку в 1640 г". Композиция была выполнена в виде парадного шествия в костюмах ХVII века.

Торжественное открытие университета в Турку в 1640 г. 1902 (Кликабельно)

Альберт Эдельфельт скончался скоропостижно на даче вблизи Порво в августе 1905 года. Это был удар для финского искусства. Но его картины также интересны и понятны нам, как были близки его современникам.

Владимир Лосев

Молодая женщина в будуаре. 1879

На Елисейских полях. 1886

Портрет сестры художника Берты Эдельфельт. 1884

Портрет матери художника. 1902

Женщина под зонтиком. 1886

Дети царя Александра III

Парижская модель. 1885

Мария Магдалина. 1891

Горе. 1894

Финские рыбаки. 1898

Христос и Мария Магдалина. 1890

Портрет Луи Пастера. 1885

Мальчики, играющие на берегу. 1884

Маленькая лодочка. 1884

Женщина в лодке. 1886

Соседки, сидящие у церкви после обедни. 1887

Карельские женщины. 1887

Девочка, вяжущая носок. 1886

Земляника.

Задумчивая женщина у церкви. 1893

Сольвейг

Богослужение на архипелаге Уусимаа.

Возвращение с крестин.

Портрет молодой женщины. 1891

Читающая парижанка. 1880

Портрет мадам Валери-Радо. 1888

Akseli Gallen-Kallela

Sammon puolustus (1896)

Иллюстрации к Калевале. «Защита Сампо «.

Сáмпо (фин. Sampo ) - в карело-финской мифологии единственный в своём роде волшебный предмет, обладающий магической силой и являющийся источником счастья, благополучия и изобилия. В эпосе «Калевала» его создатель Элиас Лённрот представил Сампо в виде мельницы.

Hugo Simberg

Halla (1895)

halla — это заморозок , если я правильно понимаю, например летом ночью или с раннего утра

В этом смысле картина передает хорошо образ.

Helene Schjerfbeck

Toipilas (1888)

toipilas — выздоравливающая

Hugo Simberg

Kuoleman puutarha — Сад смерти

Есть несколько версий этой картины, на данном рисунке фреска из собора в Тампере.

Это картину мне порекомендовала одна финская девушку, когда я заметил, что как-то мрачновато даже для мрачных финнов, она мне горячо ответила: «Смерти ухаживают за цветами-людьми посреди пустыни, и когда вынуждены их резать делают это нежно словно прося прощения …»

Hugo Simberg

Haavoittunut enkeli — Раненый ангел
(1903)

Сюжет картины разворачивается на узнаваемом историческом фоне: это парк Эляйнтарха (букв. «зоопарк») и бухта Тёёлё в Хельсинки. В начале 20 века парк был популярным местом отдыха для представителей рабочих профессий, в нём располагались также благотворительные учреждения. Дорога, по которой движутся персонажи, сохранилась и сегодня: процессия движется по ней в сторону существовавшей тогда школы для слепых девочек и приюта для инвалидов.

На картине изображены два мальчика, несущие на носилках женоподобного ангела с завязанными глазами и кровоточащим крылом. Один из мальчиков пристально и хмуро глядит прямо на зрителя, его взгляд выражает то ли сочувствие к раненому ангелу, то ли презрение. Фоновый пейзаж намеренно суров и скуп, однако производит впечатление спокойствия. Нетривиальный сюжет открывает пространство для широкого спектра интерпретаций. Грубая одежда и обувь мальчиков, их нахмуренные серьёзные лица противопоставляются хрупкой, одетой в светлое платье фигуре ангела, что наводит на мысль о противостоянии жизни и смерти, кровь на крыле ангела и повязка на глазах - знак уязвимости и эфемерности существования, однако в руке ангел держит букет подснежников - символ возрождения и выздоровления. Жизнь здесь как будто вплотную приближается к смерти. Один из мальчиков повернулся к зрителям, разрывая герметичное пространство картины, тем самым давая понять, что вопросы жизни и смерти имеют к ним прямое отношение. Сам Симберг отказывался давать какую-либо интерпретацию «Раненого ангела», предоставляя зрителю самому делать выводы.

Картина оказала огромное влияние на финскую культуру. Ссылки на неё встречаются во многих произведениях высокого и массового искусства. Клип финской метал-группы Nightwish к песне «Amaranth» обыгрывает мотив «Раненого ангела».

Albert Edelfelt

Pariisin Luxembourgin puistossa — В Люксембургском саду Парижа .

Akseli Gallen-Kallela

Akka ja kissa — Старуха и кошка

У Галлен-Каллелы в общем-то все картины шедевры, это действительно художник мирового уровня.

Данная картина написана в подчеркнуто натуралистической манере, однако она, несмотря на всю ее неприукрашенность, полна сочувствие и любви к самым простым и бедным людям.

Картина была приобретена Художественным музеем Турку в 1895 году и там до сих пор и находится.

Слово akka я всегда с трудом перевожу — и «баба», и «бабка».

Тут я немного проявлю вкусовщину и добавлю еще одну картину Helene Schjerfbeck — по-русски мы читаем ее имя Хелена Шерфбек.

А здесь именно лучик света и тепла.

Картина 1882 года, Tanssiaiskengät — Танцевальные туфельки .

Это, наверно, самая грустная финская картина. По крайней мере по моему мнению.

Albert Edelfelt

Lapsen ruumissaatto — Похороны ребенка (дословно Похоронная процессия ребенка)

Это первая финском изобразительном искусстве жанровая композиция, написанная на открытом воздухе. Она стала как бы фрагментом подлинной жизни, увиденной и запечатленной художником. Картина повествует о человеческом горе. Эдельфельт изобразил простую семью, везущую на лодке маленький гроб. Суровый ландшафт соответствует настроению людей, провожающих в последний путь своего ребенка. В их скорбных лицах, сдержанных движениях - торжественная печаль, которой вторят белая неподвижная гладь озера, светлое холодное небо, далекие низкие берега.

«Похороны ребенка» принесли ему звание академика, и произведение было куплено в частную коллекцию в Москве. В это же время была организована персональная выставка в Царском селе, а Эдельфельт был представлен Александру III и Марии Федоровне, которая также увлекалась живописью.

Близость художника ко двору помогла популярности финской живописи в России. Можно сказать, что Эдельфельт был одним из тех, кто открыл для России искусство Финляндии.

В 1907 году картина вернулась в Финляндию и теперь находится в музее Ateneum, Хельсинки.

Еще, от себя, я бы позволил заметить, что в этой картине очень точно передано отношение финнов к смерти (которая, увы, является частью, последней частью, любой жизни). Оно очень строгое и сдержанное, тут тоже есть отличие от русских. Но эта строгость и сдержанность не говорит об их безэмоциональности, просто финны все это несут глубоко в себе. Глубже, чем мы, русские. Но горе от этого не перестает быть горем и для них.

Pekka Halonen

Tienraivaajia Karjalassa — Строители дороги в Карелии.

Дословно было бы «расчищатели дороги в Карелии».

raivata — хороший глагол: расчищать путь
не знаю, есть ли у него общее со словом raivo — ярость, исступление

Но вот глядя на эту картину — можно предположить, что да.

В картине другая черта финнов — исторически им приходилось жить в крайне неблагоприятной природной среде, то есть именно иногда просто яростно бороться за свое существование, отсюда, наверное, и вот это упорство, которое они показывают в труде и невзгодах. По крайней мере так было раньше.

Hugo Simberg

Еще одна картина Хуго Симберга — «Мечта «.

Симберга по праву причисляют к символистам, его картины крайне открыты для трактовок и интерпретаций.

И при этом в его картинах всегда есть что-то очень национальное.

Akseli Gallen-Kallela

Poika ja varis — Мальчик и ворона.

(1884) Лично я, кстати, только довольно взрослым узнал, что вор"она (varis ), условно говоря, не жена/самка в"орона (korppi ). Собственно говоря, такая неразбериха происходит к счастью только в русском языке. Например в украинском ворон — это «крук», а ворона, так и будет «ворона». По-английски слово ворон звучит «raven», а ворону называют «crow».

Картина сейчас находится в «Атенеуме».

Akseli Gallen-Kallela.

Lemminkäisen äiti — Мать Лемминкяйнена.
(1897)

Картина находится в «Атенеуме», Хельсинки.

Картина описывает сцену из «Калевалы», в которой Лемминкяйнен был убит и расчленен, а части тела брошены в темную реку, Туонелу. Мать героя граблями собрала части тела своего сына, и сшила в их в одно целое. На картине она ждет пчелу — поэтому смотрит вверх — которая принесет волшебный мед от старшего по званию бога Укко, который должен воскресить Лемминкяйнена.